Человеческое и человечное. 6-й конкурс на Премию PinchukArtCentre демонстрирует смену угла зрения

Стиль жизни

PinchukArtCentre прозвучал серией выставок громких мировых имен от Дэмьена Херста до Бориса Михайлова. Но на мировой карте современного искусства он уверенно обозначил Киев премиями для молодых художников, присуждающимися ежегодно с 2009-го. По нечетным годам проводится международный конкурс Future Generation Art Prize, выставку номинантов которого после украинской столицы демонстрируют на Венецианской биеннале. По четным — конкурс на премию центра для украинских участников. Ее победитель автоматически включается в шорт-лист премии международной.

Фото: PinchukArtCentre

Фото: PinchukArtCentre

В этом году список украинских номинантов существенно обновился. С естественным течением времени отсеялись предыдущие участники и претенденты, достигшие 35-ти лет. Кроме того, ряд тех, кого привыкли считать фаворитами PinchukArtCentre и кто соответствовал возрастному цензу, оказались вне нового пула. Поскольку премия существует для поощрения художников, демонстрирующих определенную цельность художественной практики и потенциал развития, поиска. Мечущиеся от темы к теме и от медиума к медиуму, как и те, кто вышел на свою манеру и просто ее воспроизводит, в финал не проходят.

В отборочную комиссию всякий раз приглашают новых экспертов, что не уберегло предыдущие выставки премии PinchukArtCentre от вызывавшей критику определенной монотонности имен и высказываний. Со стороны создавалось впечатление ангажированности институции кругом авторов группы Р. Э. П. (революционное экспериментальное пространство), оформившейся во время Оранжевой революции в Центре современного искусства Сороса под крылом ее тогдашнего директора Ежи Онуха. Не воспринятый большинством состоявшихся представителей украинской арт-сцены, он приложил немало усилий для ее обновления. К тому же, деятельность группы Р. Э. П. легла в основу социологического исследования его дочери Ольги в Оксфордском университете.

Фото: facebook / PinchukArtCentre

Фото: facebook / PinchukArtCentre

Но здесь нужно учесть как то, что премия — не шоу «Алло, мы ищем таланты», так и реальную ситуацию развития современного искусства в Украине. Тех, кто профессионально им занимается, чье видение и работа соответствовали бы принятому в мировой практике пониманию, 10 и даже 5 лет назад здесь было гораздо меньше. Развитие интернета, возможность обучения в зарубежных учебных заведениях и участия в международных резиденциях естественным образом расширяют этот круг. Меняется и отношение молодежи к искусству, и понимание себя в нем.

Нынешняя выставка демонстрирует, что молодые украинские художники вырвались из советской и постсоветской модели реализовываться в системе не ими установленных правил — соответствуя им, как отличники, комсомольцы, или нарушая, высмеивая, отвергая, как хулиганы. Второе было больше свойственно поколению, ворвавшемуся в мир в 90-е. Тотальной зарегулированности советского они противопоставили тематическую вседозволенность, абсурд, кощунство, иронию, цинизм, бессистемность. Последнее (при наличии мощных неординарных мастеров) не дало им толком вписаться в мировую конъюнктуру.

Фото: facebook / PinchukArtCentre

Фото: facebook / PinchukArtCentre

Поколение Р. Э. П. было настроено на игру по цивилизованным правилам, на чуткость к запросу западных институций. В нулевых таковой оформился на социальную критику, ревитализацию левой повестки, осуждение капитализма — технология перенаправления протестной энергии в условиях нарастающего мирового неравенства в арт-центры и дискуссии вместо уличных волнений. Мировым лидером этой тенденции стал словенский социальный философ Славой Жижек. Но начало второго десятилетия XXI века все равно прорвало желтыми жилетами во Франции.

И первый, и второй подходы к правилам оставляли украинское искусство в ситуации реактивной – реагирующей на внешние процессы, события, вызовы, но не предлагающей собственной идеи или концепции. Исторически это связано с позицией Украины и Киева, веками находившихся под жесткой внешней метрополией. Здесь не полагалось инициировать – решения принимались в другом месте. А смена мышления происходит не сразу.

Фото: The Page

Фото: The Page

PinchukArtCentre-2020 демонстрирует нам высказывания людей, озабоченных индивидуальным ощущением себя в мире. Они не выходят на конфронтацию или назидательность. Но рефлексируют то, что их тревожит, подавляет, радует, возбуждает. Слово «рефлексия», используемое, как правило, не к месту почти в любом тексте об искусстве, в данном случае соответствует своему смыслу — анализу личностных переживаний и психических реакций. Рефлексировать можно только себя — не внешнее. И именно такой, кажущийся аутичным, подход дает человечный взгляд на окружающее и происходящее.

Большинство работ так или иначе касаются темы насилия, что естественно в стране, втянутой в военный конфликт. Но здесь молодые украинские художники выходят за рамки национальных обстоятельств, выводя высказывание на уровень универсально гуманного, касающегося отдельно взятого человека с его незащищенностью перед «человеческим, слишком человеческим»: агрессией, мелочностью, ксенофобией, потребительством, стайностью, жаждой примитивного самоутверждения.

Фото: PinchukArtCentre

Фото: PinchukArtCentre

В видео АнтиГонны, наверстывающем по понятным причинам не прожитые украинским искусством мировые эксперименты с макабрическим порно, разворачиваются сюрреалистические образы разнузданности, рождаемые иллюзией безнаказанности. Волна произведений, исследующих эту тему, прокатилась западной культурой после Освенцима и открытия ХХ веком наследия де Сада — от коллажей и картин Бориса Лурье в США до прозы умершего 7 февраля этого года французского классика Пьера Гийота и скандинавского порно-арта 1960-1970-х, времени, когда нордические страны получили репутацию сексуальной утопии. Травмы трансформаций украинского общества в ситуации глобальной информационной прозрачности провоцируют художницу на индивидуальное острое раскрытие темы.

Противоположным, далеким от шокинга, обыденным, хоть и странным, выглядит видео Оксаны Казьминой, разворачивающееся вокруг секонд-хендовского тряпья. Но, пробуждая своей непосредственностью невольную эмпатию, оно не менее глубоко заставляет ощутить присутствие насилия в повседневности.

Эмпатия сегодня изрядно дискредитирована, сведенная к манипулятивности вирального контента массмедиа и спекуляциям опинион-лидерш соцсетей вокруг разочарований, претерпеваний и благотворительных марафонов. Участникам выставки в PinchukArtCentre удается избежать ощущения маркетинга в их работах за счет смелости проявить личную беззащитность.

Фото: PinchukArtCentre

Фото: PinchukArtCentre

Даже самый хулиганский, визуально задорный и циничный проект «Сорванцы» Даниила Ревковского и Андрея Рачинского, квазиреконструкция уличных противостояний лихих постсоветских 90-х, гасит культ кровавой романтики спортивных беспредельщиков холодными образами беспредела ментовского, оставляя рану насилия открытой.

С присущим балтийской художественной традиции минимализмом в одном предмете концентрирует проблематику ЛГБТ на постсоветском пространстве Антон Карюк, работающий в последние годы в Литве. Серебряный жетон для метро становится символом надежды, возможности спасения. Марши равенства в Киеве с недавних пор защищает полиция — ради безопасности в первую очередь западных дипломатов и наших политиков, все активнее в них задействованных. Но после маршей праворадикальные погромщики стараются отловить и избить простых демонстрантов. От наличия жетона в кармане зависит возможность быстро скрыться и избежать нападения.

Фото: PinchukArtCentre

Фото: PinchukArtCentre

Милитаризация общества, экологическая проблематика, идеологизация памяти и истории, нарастающая агрессивность технологизации мира и перманентное информационное извержение отражаются в работах нового поколения украинского искусства в новом качестве. Авторы больше не ударяются в отрицание, борьбу или эскапизм. Они изучают полученную среду обитания, ищут пути жизни в ней, как в естественной. Это очень реалистичное поколение. В отличие от недавних хипстеров, его представители не устраивают истерик по поводу токсичности людей и обстоятельств, не прячутся за креативным рукоделием и снобизмом с поджатым хвостом. Они открыты к взаимодействию с миром и созидательному преображению реальности.

Фото: The Page

Фото: The Page

Кульминацией такого подхода и самой новаторской работой на выставке стала аудиоинсталляция учившегося в Кракове и Лондоне Тимофея Максименко. Бесконечную какофонию технических шумов мегаполиса он воспринимает не фактором невротизации, а мелодией нормальной жизни. В разных местах Киева художник устраивает аудио-перфомансы, в сотрудничестве с электронными музыкантами фиксируя и микшируя звуки водопроводов, электроприборов, вентиляционных шахт. Получившиеся композиции транслируются в экспозиции выставки, где их можно слушать в наушниках. Как заметил Андрей Трилисский, директор галереи «Ра», одной из старейших в Киеве, законченность произведению придала бы фиксация технических звуков самого PinchukArtCentre. Но, возможно, новому поколению законченность и не нужна. Оно предпочитает проживание жизни в моменте.

Warning icon Ошибка в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter

Комментарии

Жертвы COVID-19. Принцесса Мария Тереза и актер «Крокодила Данди» Марк Блум Стиль жизни

Жертвы COVID-19. Принцесса Мария Тереза и актер «Крокодила Данди» Марк Блум

Звезды с коронавирусом. Кто заболел COVID-19 Стиль жизни

Звезды с коронавирусом. Кто заболел COVID-19

Топ-5 работ премии PinchukArtCentre 2020 Стиль жизни

Топ-5 работ премии PinchukArtCentre 2020